Плавание

Плавание является уникальным видом физических упражнений и относится к наиболее массовым видам спорта, как в нашей стране, так и за рубежом.

Дзюдо

Японское боевое искусство, философия и спортивное единоборство без оружия, созданное в конце XIX века на основе дзюдзюцу японским мастером боевых искусств Дзигоро Кано

Бокс

Наша школа за свою историю воспитала не один десяток чемпионов по боксу, в том числе и международного уровня.

Бадминтон

Необходимость постоянно следить за воланчиком — лучшая тренировка для глаз

легкая атлетика

Олимпийский вид спорта, который включает в себя беговые виды, спортивную ходьбу, многоборья, пробеги, кроссы и технические виды

каратэ

Зародившееся на древнем Востоке и прошедшее путь до настоящего времени, каратэ является эффективнейшей самозащитой без применения какого-либо вида оружия.

Рукопашный бой

Победа должна быть завоевана только в честном бою!

Вольная борьба

Главный плюс в вольной борьбе — это отсутствие болевых и удушающих приемов.

СПОРТСМЕНАМ - ГЕРОЯМ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ ПОСВЯЩАЕТСЯ

05.05.2020

Николай Федорович Королев

Одним из выдающихся боксеров, заслужившим почет и уважение не только на ринге, но и полях сражений, является Николай Федорович Королев.

Николай Федорович Королев, боксер и участник войны - один из самых популярных в стране спортсменов конца тридцатых и начала пятидесятых годов оставил яркий след в истории советского бокса. В этом году исполняется сто три года со дня его рождения.

Будущий великий советский боксер Николай Федорович Королев родился 14 марта в 1917 году. Мама его приехала в Москву будучи беременной и здесь родила его. Бабушка была из польского шляхетского рода, ее выгнали из дома из-за романа с простолюдином. По отцовской линии предки были белорусскими крестьянами Виленской губернии. Свою богатырскую стать и рост боксер Николай Королев унаследовал от предков, которые по обоим линиям отличались необыкновенной физической силой. Его дед был лесничим, который даже тяжело раненый сопротивлялся браконьерам, и чтобы добить его, они повалили на него дерево. В семье Николай был единственным ребенком, при рождении носил фамилию Фадеев. Позже он взял фамилию отчима, и поэтому все знают его как боксера Николая Королева. В юные годы Королев ничем не отличался от большинства своих сверстников, помогал старшим и отстаивал «честь» двора в устоявшемся формате «стенка на стенку». Драться он не любил, однако, если приходилось — умел постоять за себя и сражался до победы. А потому и прозвище у него было подходящее — Король. Любимым увлечением Николая было радиолюбительское дело. С непонятным для его ровесников азартом он долгими часами просиживал над чертежами и схемами, тратил на детали почти все имеющиеся у него сбережения. Первое знакомство с боксом у будущего спортсмена состоялось в соседском сарае, где его товарищи подвешивали мешок, набитый опилками, который затем лупили кулаками. Задумка Королёву понравилась, однако удары по мешку удовольствия и радости не принесли — руки его мгновенно покрылись кровоточащими ссадинами, разболелись суставы, после чего Николай был уверен, что бокс - это занятие не для него.
Окончив школу, Королёв устроился на завод «Нефтегаз», где всю жизнь проработала его мать, Ефросинья Андреевна. Именно она, по признанию Николая Федоровича, явилась для него примером усердия и трудолюбия — жизненно важных качеств, необходимых всем желающим чего-то добиться в жизни. Проводя много времени на заводе, Николай не забывал заниматься спортом. А в 1933 году Королев во время прогулки по Измайловскому парку увидел тренировку боксёров. Некоторое время Николай Федорович продолжал наблюдать, как боксеры виртуозно обращаются со строптивой скакалкой, как отрабатывают в парах свои навыки. И в один из дней Королев обратился с просьбой к руководившему этими интересными занятиями тренеру Ивану Богаеву о зачислении его в секцию. Иван Степанович — преподаватель кафедры бокса столичного института физкультуры и один из основателей этого вида спорта в нашей стране — касательно Королёва решение принял сразу: шестнадцатилетний юноша был довольно рослым и имел, как говорится, богатырское телосложение.

Боксерские будни немного разочаровали юношу: вместо перчаток ему дали скакалку и заставляли много бегать и выполнять различные подготовительные упражнения. Увидев это, тренер дал ему возможность немного побоксировать. Надев перчатки, Николай понял, что не знает, что делать с ними. Обменявшись несколькими ударами с таким же неумелым спарринг-партнером, он понял, что нужно учиться правильно бить.
Королёв, не дававший никому спуску в уличных сражениях, своё первое выступление на ринге провалил, ни одного раза не сумев дотронуться до противника. Однако, первая неудача подстегнула Николая Фёдоровича, принуждая вкладывать в каждую тренировку всю свою душу. Прыжки через скакалку, монотонная отработка ударов, многокилометровые кроссы — всё это, казавшееся еще недавно рвавшемуся в бой Николаю лишь пустой тратой времени, отныне обрело новый смысл. А осенью 1933 у тренера Королева появилась удобная возможность представить своего многообещающего ученика Аркадию Харлампиеву.
Об Аркадии Георгиевиче Харлампиеве следует рассказать отдельно. В молодости Харлампиев работал в цирке воздушным гимнастом. Когда ему исполнился двадцать один год, он отправился во Францию, где поступил в парижскую Академию изящных искусств. Именно в этом месте он впервые познакомился с боксом, и после возвращения в Россию Аркадий Георгиевич вложил колоссальное количество сил и энергии в развитие этого искусства кулачного боя в СССР. Проведя множество поединков на любительском, а позднее и профессиональном рингах, он занялся тренерской работой. Являясь человеком большой культуры, Харлампиев контролировал не только то, чтобы его подопечные правильно наносили удары и двигались по рингу, но и посещали музеи и театры, много читали. Стоит также отметить, что у Аркадия Георгиевича никогда не имелось любимчиков — каждому боксёру он уделял отдельное внимание. По собственному опыту зная, что лишь тяжёлая и планомерная работа на тренировках может превратить простого спортсмена в чемпиона, Харламиев до седьмого пота гонял учеников, заставляя ребят максимально выкладываться на тренировках. Кроме того, он умел довести важность подготовки до сведения каждого из своих подопечных — все его упражнения юноши выполняли не с известной неохотой и ленцой, а с удовольствием и азартом.

Первые же показательные бои Королева, его защитные и атакующие действия, мощные удары, а главное правильное тактическое мышление произвели сильное впечатление на Харлампиева. Он понял — перед ним самородок, прирожденный боец. Этот великий тренер взял Николая Федоровича под свое крыло. Снова потянулись бессчетные тренировки — кроссы, работа на снарядах и со скакалкой, колка дров. Королев отдавал занятиям всего себя, трудился над физической подготовкой, усердно работал над техникой, которую природа, в отличие от крупного телосложения, никогда и никому не дарит. Сотни и тысячи раз он повторял одни и те же движения, стараясь добиться в них лёгкости и чистоты. Так проходили дни, недели и месяцы. На место поединков с тенью пришел настоящий спарринг, а количество труда, вложенного на тренировках, стало переходить в качество.

Упорная работа на боксерских тренировках стала приносить свои результаты, однако Харлампиев понимал, что только настоящие спортивные поединки дадут его ученику опыт для дальнейшего роста как бойца. Уже неплохо подготовленный боксер Николай Королев с нетерпением ждал настоящего поединка. Но когда ему назвали его противника на ринге, он немного растерялся, это был его первый тренер И. Богаев, в недавнем прошлом чемпион страны. Тот бой закончился ничьей, достойный результат против хорошего соперника.

Аркадий Георгиевич также прекрасно понимал, что долгая шлифовка боксёрских навыков не даст того настоящего и бесценного опыта, который его ученик сможет приобрести в настоящем бою с точно таким же жадным до победы противником. Именно потому, когда в марте 1934 стартовало очередное лично-командное первенство города Москвы, наставник Королева принял решение ввести в команду доселе необстрелянного, но полного амбиций семнадцатилетнего Николая, которому перед этим пришлось похудеть на несколько килограммов, мешавших боксеру попасть в рамки полутяжёлого веса.

Проблем с попаданием в финал у Николая Федоровича не возникло, но в решающем поединке Королев столкнулся со знаменитым Виктором Михайловым, считавшимся на протяжении шести лет первым боксёром нашей страны. Он являлся выдающимся специалистом классического стиля и первым среди отечественных мастеров перчатки был удостоен новоучреждённого звания заслуженного мастера спорта. Стоит отметить, что звание сильнейшего полутяжеловеса страны Михайлов не уступал никому на протяжении шести лет (1933-1939). И дело здесь обстояло вовсе не в отсутствии конкуренции, а в высочайшем мастерстве чемпиона.
Первая встреча будущих «вечных» соперников прошла, что называется, «в одну калитку». Николай Федорович, хотя и был уже довольно сильным боксёром, однако сложился ещё не до конца. И до Виктора Павловича ему еще было очень далеко. Как ни пытался Королев достать противника своим разящим ударом, сделать этого ему так и не удалось. Михайлов предугадывал все атаки настырного молодого бойца и с легкостью уходил от них, посылая в то же время свои удары прямиком в цель. Он обладал полным преимуществом и вполне мог нокаутировать Королёва, однако не стал этого делать. Несмотря на неудачи, Николай Федорович упорно шел вперёд и, видя у противника столь огромную волю к победе и боевой дух, Михайлов, будучи спортсменом благородным, высоко ценившим подобные качества, проникся к оппоненту симпатией. Бой закончился в конце первого раунда после того, как секундант Королёва выкинул на ринг полотенце. Подобный указ поступил от Харлампиева, ожидавшего такого развития событий и побеспокоившегося о здоровье своего ученика. Необходимый бесценный опыт Николай получил сполна, а Аркадий Георгиевич окончательно убедился в талантливости этого юноши, все чаще став выпускать его на настоящие бои.
В следующем 1935 году Михайлов и Королёв дважды скрещивали перчатки, и вновь Николай потерпел поражения, однако это были уже совсем другие поединки. К слову, после первого проигрыша Королёв очень расстроился, на время даже перестав посещать тренировки. Он не мог не понимать, что с мастером подобного уровня — вне сомнений одним из лучших боксёров эпохи — ему сражаться на равных пока было рано. Тем не менее, удар по самолюбию вспыльчивого и голодного до побед юноши был нанесён самый серьезный. К счастью, горечь поражения продержалась в сознании Королева не долго и он, жаждая реванша, как амбициозный боец после краткого «отпуска» вернулся к занятиям с удвоенным запалом, проливая ещё больше пота на тренировках и внимательно разбирая собственные ошибки. И хотя вскоре заметно прибавивший Королев ещё раз проиграл корифею ринга, Михайлов также получил от Николая немало неприятностей. Неоднократно юноша ставил соперника в опасное положение, доставал ударами, демонстрируя умножившуюся технико-тактическую оснащённость. Королев наглядно подтвердил тезис «на ошибках учатся», о чём свидетельствовали и слова самого Михайлова, произнесенные им после выигранной встречи: «Нелёгкий бой! Противник переносил удары, от которых падали другие, и сам при этом бил сильно, разнообразно и быстро, маневрировал и маскировал начало атаки… Его броски с дистанции стремительны и совершенно неожиданны. Выиграв три раунда по очкам, я убедился, что передо мной вполне сложившийся в профессиональном плане мастер международного класса». Было абсолютно ясно, что выяснение отношений между двумя столь колоритными персонажами, за которыми с интересом следила вся страна, на этом не закончится. Действительно в 1936 пути боксёров пересеклись ещё раз. К тому времени Николай не только окончательно перебрался в тяжёлый вес, но и с ходу выиграл сперва первенство Москвы, а затем и чемпионат Советского Союза. Михайлов в который уже раз подтвердил титул сильнейшего боксера в полутяжелом весе, однако как только стало известно об основании нового звания — Абсолютного чемпиона Советского Союза, за который могли биться лишь победители первенства страны в среднем, полутяжёлом и тяжёлом весе, сразу бросил Королеву вызов. Николай только того и ждал. Очередная серия противостояния между двумя мастерами разыгралась в Московском цирке 22 октября. Этот поединок навсегда остался в истории отечественного и мирового бокса, как один из наиболее увлекательных и зрелищных. В этот раз Королёв уже ни в чём не уступал своему именитому противнику и в потрясающем по зрелищности и накалу шестираундовом бою одержал убедительную победу. Михайлов открыто признал свое поражение и первым поздравил Николая Федоровича. Долгожданная победа в поединке со столь принципиальным соперником совсем не вскружила молодецкую голову Николая. Напротив, Королев, недовольный своей усталостью во время тяжелейшего боя с Михайловым, продолжил упорные тренировки, сосредоточившись над развитием выносливости. Наградой за столь тяжёлый труд стала вереница побед в 1937. В этом же году Николай Федорович подтвердил титул сильнейшего боксёра нашей страны, опять победив Михайлова в поединке за звание Абсолютного чемпиона.

В тот же период в карьере Королёва произошел любопытный эпизод, прекрасно характеризующий его человеческие качества. На первенстве «Спартака» боксер без особых проблем добрался до финала, но в решающем бою столкнулся с яростным сопротивлением грузинского спортсмена Андро Навасардова. В сложном поединке судьи признали победителем Николая. Но уже на следующий день Королёв собственноручно написал в одну из центральных газет письмо, в котором сообщал, что отказывается от, по его мнению, незаслуженной победы.

В 1937 году советский боксер добился успеха и на международной арене, выиграв всемирную Рабочую Олимпиаду, проводившуюся в бельгийском городе Антверпене. Королеву там выпало сражаться с грозными противниками — финном Хелендером и представителем Палестины Хильдерадестом. Первый был известен своими мощными ударами, а второй — необыкновенной стойкостью. Николай Федорович Королев писал в мемуарах: «Мне очень хотелось увидеть финна перед боем. Однажды, когда я стоял перед входом в гостиницу, дверь скрипнула и на улицу высыпали спортсмены с финскими флажками на пиджаках. Среди них был молодой парень на две головы выше товарищей, с крупными руками и широченной спиной… А вечером предстоял бой, и я обязан был победить. Обязательно. С этими мыслями вышел на ринг. Без пиджака противник казался еще крупнее. Пожали друг другу руки, обменялись вымпелами. Хелендер начал активно. Бил прямыми ударами, словно машина рычагами. Я уклонялся, держал руки свободными, приготовленными для удара. Сделал очередной нырок. Противник оказался совсем рядом, точнее, его живот, а значит и голова была где-то близко. Выпрямляясь, ударил левым крюком и попал прямо в подбородок! Финн упал па пол, судья начал отсчет». Этот бой длился всего одиннадцать секунд, став одним из самых коротких в спортивной карьере Николая Федоровича. В финале Королева ждал араб Хильдерадест, который, как выяснилось, оказался боксером-профессионалом. Этот скандал удалось замять, и поединок всё-таки состоялся. Николай Федорович вспоминал: «Смуглый кудрявый красавец, он первым начал атаку. Я же решил подождать и посмотреть, что умеют профессионалы. Арсенал, к сожалению, оказался не богат, пришлось мне его кое-чему поучить. Ударил встречным, одновременно отбив локтем руку палестинца. Все, Хильдерадест на полу. Судья дошел до восьми, палестинец встал и пошел на меня. Тщательно закрывшись, двинулся навстречу. Поймал для удара с фланга удобный момент, и противник снова оказался в нокдауне. И снова встал. Тогда я загнал его в угол, открыл его глухую защиту, левой попал в голову. Зал взревел, нокдаун. Он опять встал. У нас бой бы давно прекратили, но встреча международная и тут другие правила. Подошел и легким ударом окончил бой. Две встречи, две победы и титул чемпиона Олимпиады».
В 1938 году Николай Федорович снова стал чемпионом Советского Союза, а в 1939 году в последний раз встретился с Михайловым. Виктор Павлович — победитель по натуре — не хотел мириться с поражениями и жаждал реванша. Проанализировав предыдущие бои с Королевым, он отметил, что противник не очень-то жалуют ближний бой. Тогда Михайлов полностью перестроил свою тактику, сразу же переведя встречу в неудобное для противника русло. Неожиданный ход мастера дал результаты — Виктор Павлович вырвал победу, и теперь уже Николай Федорович поздравлял его от всей души. Добившись желаемого, Михайлов навсегда покинул ринг.

В 1939 году Королев был призван на военную службу, став курсантом военной авиашколы. Могучему спортсмену потребовалось много усилий, чтобы «подчинить» своей воле истребитель, однако, в итоге, и эта вершина была покорена — Николай Федорович научился управлению военным самолетом. И всё же не судьба ему была стать воздушным асом — во время одного из прыжков с парашютом Королев серьезно повредил ногу. Последствия травмы беспокоили боксера на протяжении всей жизни. После этого случая в феврале 1941 он был уволен в запас. Восстановившись, Николай Федорович вернулся на ринг и уже 15 июня 1941 выиграл первый Абсолютный чемпионат Москвы, одолев в финале своего одноклубника по «Спартаку» и хорошего товарища Ивана Ганыкина. К слову, Ганыкин, становившийся неоднократно чемпионом Советского Союза в полусреднем весе, выделялся невиданной выносливостью, проводя все свои поединки в ураганном темпе. Его соперники, не выдерживая, под конец боя чуть ли не падали от изнеможения, и Иван Иванович был уверен, что подобная тактика позволит ему одержать верх над Королёвым. Однако, он просчитался. Продемонстрированный Королёвым бокс поразил не только его противника, но и многих зрителей. Николай Федорович, не ставя на свое превосходство в физической мощи и силе, предложил сопернику на протяжении всего восьмираундового поединка посостязаться в сверхскоростном боксе.

Во время Великой Отечественной войны Николай Королёв, как и многие другие выдающиеся советские боксеры (в т.ч. и его давний соперник Виктор Михайлов) поступает на службу в Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения НКВД СССР, занимающуюся разведывательно-диверсионными операциями в немецком тылу. В сентябре 1941 года составленный из бойцов бригады отряд "Победители" (первоначальное название "Митя") под командованием будущего Героя Советского Союза полковника НКВД Дмитрия Медведева, забрасывается в немецкий тыл и начинает партизанскую войну на территории оккупированных Смоленской, Брянской, Могилевской областей, проведя свыше 50 крупных успешных разведывательно-диверсионных операций. За боевые отличия в этих боях Николай Федорович был награжден орденом Красного Знамени. Дважды Королев спасал жизнь своему командиру. Сам Медведев вспоминал: "Однажды меня ранило, я совсем не мог ходить. Адъютантом у меня был мастер спорта по боксу Николай Королев, человек богатырской силы и неповторимой ловкости. Королев взвалил меня на плечи, взял под руку сумку, на шею повесил два автомата". Чемпион с командиром на плечах прошел несколько километров и увидел речку, а на другой ее стороне - немецкий дзот. Обойти его не было никакой возможности и тогда, спрятав раненого в кустах, Королев поднял руки вверх и один пошел прямо на укрепление. Увидев безоружного партизана, сдающегося в плен, немцы не стали стрелять, окружили его и отвели внутрь дзота. Что было дальше вспоминал командир партизан: "Офицер поднялся звонить по телефону и докладывать, что у них в дзоте советский партизан. Королев выбрал подходящий момент и неожиданным ударом нокаутировал офицера. Несколько минут - и немцы лежали в глубоком нокауте. Николай вышел из дзота, бросил в амбразуру гранату и доложил мне: "Товарищ командир! Вражеский дзот уничтожен, пять солдат и один офицер ликвидированы". Успешно применил свое боксерское мастерство Королев и в другом случае, когда Николай Федорович нокаутировал неожиданно вышедших на партизан двух немецких солдат.

Советские «коммандос» внезапно и сокрушительно нападали на автоколонны и гарнизоны врага, взрывали военные склады и мосты. Николай Федорович вместе с остальными выполнял сложнейшие боевые задачи. Не зря генерал армии Иван Петров говорил: «Каждый спортсмен в бою стоит нескольких рядовых воинов, а взвод спортсменов — лучше батальона, если ожидается сложная операция». Однажды в ходе одного из боев командир отряда Медведев был тяжело ранен, но на его счастье поблизости оказался Николай Федорович. В своих мемуарах под названием «На ринге», изданных в 1950 году, боксер так описывает этот эпизод: «Бой шел четыре часа. Нашему отряду удалось вырваться из кольца. Карателей было пятьсот человек, а нас не более семидесяти… Вижу, командир не может двигаться. Дышит со свистом, ранение в голову. Я взвалил его на спину и пошел тихонечко. Думаю, не зря спортом занимался. Самое время показать, что могу. С километр шёл так. Хорошо, ещё снег не был глубокий. Нашли своих, сдал я командира, а сам прислонился к дереву, закружилась голова…».

Рейд отряда «Митя» по вражеским тылам закончился в январе 1942 года. При прорыве через фронт Королев был ранен и месяц пролежал в подмосковном госпитале. После этого Королев вновь просился лететь в немецкий тыл, однако руководство 4-го Управления НКВД решило использовать его в качестве инструктора при подготовке других бойцов бригады.

На фронт знаменитый боксер уже не вернулся, хотя и очень желал этого. Наверху решили по-иному использовать его талант и опыт, поручив тренировать диверсантов в плане общефизической подготовки и силовых единоборств. Вместе с этим Королев возобновил и свои занятия боксом. Однако, к Абсолютному чемпионату страны, состоявшемуся в августе 1943, Николай Федорович не успел подготовиться и во время соревнований был снят по решению врачей. Далёк от своих лучших кондиций Королев был и в 1944-ом, уступив в финале первенства страны мощному грузинскому боксёру Навасардову, которого ранее не единожды побеждал. Николаю Федоровичу, всегда и во всём стремившемуся быть первым, было очень сложно смириться с поражениями. Ценой невероятных усилий Королев набрал былую форму и в конце 1944 вернул себе звание Абсолютного чемпиона страны. В финале он встретился с прославленным боксером Евгением Огуренковым — первым средневесом, выигравшим данный титул в 1943. Однако, повторить достижение Королёв ему не позволил. А в 1945 Николай Федорович, как и в старые времена, победил и в абсолютном первенстве, и в чемпионате страны. В это же время в жизни Королёва случился один интересный эпизод. Сам спортсмен так рассказывал про этот случай: «Однажды мне довелось наблюдать за тренировкой профессионала. Произошло это в Германии вскоре после окончания войны. Я тогда находился в нашей зоне оккупации в Берлине в служебной командировке. В один из дней ко мне зашёл знакомый офицер и сообщил, что в американской зоне тренируется какой-то популярный профессионал-полутяжеловес. Я захотел посмотреть, и мы направились в их спортивный зал. Там курили и пили пиво, болтали ногами и языками. Тренировка только началась, и боец — боксёр полутяжёлого веса, профессионал с мощной бычьей шеей — выпрыгнул на ринг и протянул руки, ожидая, пока ему наденут перчатки. Спаринг-партнёры встали в очередь у ринга. Тренировка началась. Как и полагается, профессионал раунд за раундом избивал своих партнёров. Тут меня взяло за живое. Подумал, не попробовать ли и мне пару раундов подраться? Сказал об этом своему знакомому. Тот руками замахал, но потом его тоже задело: «Хорошо, — произнес он, — попытайся!». Я обратился к распорядителям, кто-то перевёл, те посмотрели и закивали — мол, здоровый парень, хороший спаринг-партнер. Разделся я и вышел на ринг. Надели мне перчатки и один раунд я держался как можно мешковатее. Противник проводил серии ударов, я ускользал. Во втором раунде началась та же игра, но я уже пригляделся к манере противника, приноровился к ней. Передо мной был заурядный «автомат», назубок знающий лишь определенное количество трюков, и — всё. Боксируя, приблизился к канатам, где стоял мой знакомый. Сказал ему: «Надоело, сейчас буду бить...». Конечно, в полную силу я не собирался боксировать. Мы провели еще два раунда, и «профессионал» окончательно сдал. Ко мне стали приставать: «Фамилия? Откуда? Чемпион из России?..».

В 1946 Николай Федорович ещё раз выиграл чемпионат СССР, попутно взяв реванш у Андро Навасардова. Блеснул русский боксер и на международной арене, став победителем турниров в Праге и Хельсинки. Болельщики называли Николая Фёдоровича «КВ», как бы намекая на мощь одноимённого тяжёлого танка. Расшифровывалась эта несложная аббревиатура весьма просто — «Королёв Великий». Слава о могучем советском богатыре долетела и до Америки, где в те годы в супертяжёлом весе блистал «Коричневый Бомбардировщик» Джо Луис. Соперничество двух супердержав началось уже тогда, и в Соединенных Штатах, где чемпионы-тяжеловесы во все времена находились в особом почёте, сразу же появились желающие доказать, что их спортсмен сильнее всех. По мнению американцев, Николай Федорович являлся единственным, кто мог дать «хоть какой-то» отпор Луису, достаточный для того, чтобы и проходного боя не вышло, и победа Джо казалась яркой и не вызывающей сомнений. В конце концов, некто Майкл Джейкобс — один из видных функционеров заокеанского профессионального бокса того времени — прислал Королёву письмо, смысл которого заключался в предложении провести бой против Луиса. Для Николая Федоровича это был поистине ВЫЗОВ, к тому же в СССР, как и во всей Европе, в те годы не осталось никого, кого бы Королёв не мог побить.

Известно, что Николай Федорович всей душой желал этой встречи, скрупулезно собирая фотографии и газетные вырезки про знаменитого американского чемпиона. Однако заокеанская сторона выдвинула новое требование — Королёв должен был сначала показать себя в ряде рейтинговых боев, способных дать ответ на вопрос, может ли он драться с самим Луисом. Свой неожиданный каприз американцы объясняли так же просто, как и унизительно, по отношению к русскому боксеру — они якобы тревожились о здоровье Николая Федоровича, никогда не выходившего на профессиональный ринг, и хотели увериться, что он может держать удар. Королёв был готов согласиться на уловки американцев и провести рейтинговые бои, однако встречаться с американскими боксерами Николаю Федоровичу запретило руководство нашей страны. Королёв писал в высшие органы власти просительные письма, однако ответа на них не было. И тогда боксер при содействии своего товарища, Главного маршала авиации Александра Голованова, принял решение обратиться к самому Сталину. Иосиф Виссарионович выслушал просьбу знаменитого боксёра, которую ему озвучил сам Александр Евгеньевич. Однако ответ вождя оказался не таким, какой хотел услышать Николай Федорович: «Королёв — это победоносный символ русского народного духа и характера, гордость советского спорта. Драться перед пьяными ковбоями в клубах — означает уронить достоинство и своё, и страны. Американцы триумфа русского боксёра не допустят, потому и задумали осуществить разведку боем. Королёву не стоит ехать в Америку. Или есть доводы более веские?». Более веских доводов не нашлось ни у кого…

Разумеется, история не терпит сослагательного наклонения, однако, Королев согласно мнению экспертов имел неплохие шансы на успех в поединке. Николай Федорович держал удар не хуже американского спортсмена, как минимум не уступал ему в подвижности и обладал редким умением в доли секунды сориентироваться в ситуации и принять верное решение. Кроме того, «Коричневый Бомбардировщик» проводил всего лишь по нескольку поединков в год, в то время как Королёв лишь в рамках одного турнира мог биться с пятью соперниками. О несостоявшемся «поединке века» и Луис, и руководство нашей страны вскоре забыли. Только Королёв так и не смог этого сделать. Однако, изменить что-либо было не в его силах и Николаю Федоровичу ничего не оставалось, кроме как продолжать выступать на внутренней арене. К слову, там у него вскоре — впервые за долгие годы — появился стоящий соперник, молодой литовец Альгирдас Шоцикас. На первых порах Королёв без особого труда разбирался с новичком, однако тот набирался опыта и стремительно учился. Совсем также, как когда-то учился и сам Королёв в поединках с Михайловым.

В 1948 году Николай Федорович в очередной раз с лёгкостью одолел Шоцикаса, послав того в ходе боя несколько раз на настил, однако уже в 1949 Альгирдас оказал знаменитому сопернику упорнейшее сопротивление. До такой степени упорное, что многие зрители остались недовольны вердиктом судей, и в итоге его отменили. Для выявления сильнейшего спортивное руководство страны организовало в Москве мини-турнир лучших тяжеловесов — Королёва, Шоцикаса, Навасардова и эстонца Мартина Линнамяги. В соответствии с прогнозами в финале встретились Николай и Альгирдас. И снова Королёву пришлось крайне нелегко — в ходе поединка он даже побывал в нокдауне, но в итоге всё-таки вырвал победу. Однако, время легендарного боксера неумолимо и безвозвратно уходило. Больше Николай Федорович не побеждал Шоцикаса, потерпев от него подряд четыре поражения. Позже сам Альгирдас признавался: «Я был не сильнее Королёва. Я был моложе на двенадцать лет».
Королев очень хотел принять участие в Олимпийских Играх 1952, проходящих в Хельсинки. Это была первая Олимпиада, на которой выступили советские боксёры. Но спортивное руководство СССР уже навесило на него ярлык «старый», загубив, таким образом, ещё одну мечту выдающегося боксёра. И снова Королёв писал в верха письма, и снова получал отказы. В последний раз Николай Федорович появился на ринге в рамках первой Спартакиады народов СССР в 1956 году. Ему уже шел тридцать девятый год. Тем не менее, он уверенно одолел молодого боксера Виталия Потапова и вышел в финальную часть соревнований. Однако, к дальнейшим боям Николай Федорович не был допущен по заключению врачебной комиссии. Так завершилась история Королёва-боксёра — яркая, незабываемая и неповторимая. Четырехкратный абсолютный чемпион СССР и девятикратный чемпион страны в тяжелом весе он принял участие в 219 боях, выиграв из них 206. В их числе победы над известными боксерами из Финляндии, Франции, Чехословакии, Польши, Бельгии. Около половины побед было им одержано досрочно — ввиду явного преимущества или нокаутом. Не являлось тайной и то, что некоторые противники Королева, понеся от него поражение, больше не решались с ним боксировать.

В 1948 году в связи с 50-летием бокса в России Всесоюзная секция бокса (прежнее название Федерации бокса СССР) утвердила список 18 выдающихся боксёров СССР.
В определении говорилось:
Выдающимся боксёром считается неоднократный чемпион СССР, несколько раз успешно выступавший на международной арене и обладающий отличной техникой бокса. При наличии в боевом списке неоднократных отказов от продолжения боя даже чемпион СССР не может считаться выдающимся боксёром.
Когда советские боксёры начали участвовать в официальных международных соревнованиях, Федерация выработала рекомендуемые критерии для новых присвоений звания «выдающийся боксёр СССР»:
победа на Олимпийских играх (ОИ) или чемпионате мира (ЧМ); 2 победы на чемпионатах Европы (ЧЕ); победа на ЧЕ и медаль ОИ или ЧМ; 5-кратный выигрыш чемпионатов СССР.
Среди выдающихся боксёров СССР всем было присвоено звание «заслуженный мастер спорта СССР», за исключением В. Серова и Н. Штейна, погибших в Великую Отечественную войну.
В список 1948 года «Выдающийся боксёр» (звание, присваивавшееся Федерацией бокса СССР) был включен Николай Федорович Королев как чемпион СССР 1936-1939, 1945-1949 г.г., абсолютный чемпион СССР 1936-1937, 1944-1945 г.г. в тяжелом весе.

Завершив спортивную карьеру, Николай Федорович какое-то время преподавал в знаменитом столичном вузе МВТУ им. Баумана, а потом занялся тренерской деятельностью. Все дела Николай Федорович всегда делал основательно, вкладывая всю душу. Именно поэтому на его лекциях никто из студентов не скучал, а ученики посещали тренировки с огромным удовольствием. В правительстве трудовые заслуги боксера оценили по достоинству и наградили орденом Трудового Красного Знамени. Свой пятьдесят седьмой день рождения Николай Федорович планировал встретить в подмосковном доме отдыха, однако до праздничной даты он не дожил всего два дня. Сердце Чемпиона остановилось 12 марта 1974 во время игры в бильярд. Он был похоронен в Москве на Введенском кладбище. На его памятнике выбиты всего три слова — «Боксёр», «Партизан», «Коммунист». К сожалению, очень немногие знают, как много скрывается за ними.

Возврат к списку